Ярославская Духовная Семинария

Вы — соль земли… Вы свет мира… (Матф.5:13-14)

Методология пастырской проповеди

Опубликовано Фев 3, 2018 в © Иерей Димитрий Сташкевич, Гомилетика | Нет комментариев

Методология пастырской проповеди

 

Общая методология пастырской проповеди.

Формы построения проповеди

Данная статья посвящена вопросам формальной или конструктивной гомилетики. Для усвоения последующих теоретических положений следует рассмотреть основные термины формальной гомилетики. Понятие проповеди включает ее предмет, тему (проблематику), материал и содержание. Предмет проповеди — это определенная область религиозного учения, совокупность каких-либо явлений духовной жизни, к описанию и характеристике которых обращается проповедник. Так, предметом проповеди может быть учение о Боге, о мире видимом и духовном, о добродетелях и страстях человека. Предмет проповеди — категория более общая и по своему объему более широкая, чем тема. Например, если проповедник будет говорить о молитве, о слове Божием, то он не сможет сказать в одной проповеди всего того, что можно сказать об этих предметах. Совсем другой объем будут иметь эти предметы в следующей формулировке: «О молитвенном правиле христианина», «Слово Божие — источник познания смысла жизни». Это уже темы, которые могут исчерпаться одной проповедью. Отсюда темой называется та частная (по отношению к предмету) мысль, которая более или менее полно исчерпывается проповедью, та идея, из которой вытекает все содержание проповеди. Профессор Н.И. Барсов дает следующее определение темы: «Тема есть категорическое суждение, в целой проповеди органически развивающееся по логическим законам деления и подразделения. Иначе говоря, тема есть одна главная мысль сочинения» [15]. Большое значение в вопросе тематизации проповеди имеет четырехчастная схема построения проповеди. Основой подобного построения является святоотеческий опыт проповедания слова Божия. Большая часть святоотеческих проповедей имеет искусно изложенное вступление. Скромным и привлекательным словом святые отцы стремились расположить пасомых к слушанию того или иного предмета. Кроме этого, вступление вводит в тему проповеди и представляет первый элемент тематизации. Второй частью проповеди является изложение (основная часть). Изложение имеет целью обоснование главной мысли или темы проповеди, раскрытие ее смысла. Раскрыв смысл того или иного предмета или явления, проповедник должен сделать нравственные выводы из изложенного. Нравственные выводы всегда должны иметь практический характер и непосредственное отношение к религиозно-нравственной жизни слушателей. Эта часть проповеди выделяется в особую, третью часть, называемую нравственным приложением. Четвертая часть проповеди —заключение. Вместе со вступлением оно является своеобразным обрамлением проповеди и несет важную логико-психологическую нагрузку — служит завершением выступления проповедника. Посредством деления проповеди на части достигается главное — последовательность и ясность изложения темы, от которых в немалой степени зависит действенность пастырского слова.

 

Материалом проповеди являются те данные, которые дают основание конкретно говорить об избранном предмете или явлении, способствуют пониманию их сущности, приводят к определенным умозаключениям. Материал имеет непосредственное отношение к теме проповеди. Сам отбор нужного материала и подход к нему определяется темой проповеди. Содержание проповеди в известной степени определяется отбором материала, а также его характеристикой и оценкой, теми выводами, к которым приходит проповедник. Не сам материал или информация сама по себе, а их характеристика и оценка имеют решающее значение для содержания пастырского выступления. Таким образом, содержание проповеди, ее качества полностью зависят от личного труда проповедника, его проповеднического опыта.

Рассмотрев основные понятия формальной гомилетики, перейдем к разбору исторически сложившихся форм церковной проповеди.

Беседа (гомилия). Для определения первоначальной формы церковной проповеди обратимся к Священному Писанию. Все речи апостолов, запечатленные в Деяниях, имеют монологическую форму. Особенное значение для гомилетической науки имеет проповедь святого апостола Павла в Троаде: «Преломив хлеб и вкусив, беседовал довольно, даже до рассвета и потом вышел» (Деян. 20, 11). Согласно греческому подлиннику слово, переведенное как «беседовал», — вид монологической речи, которая сопровождала таинство Евхаристии. Оно послужило основанием для терминологического обозначения первой формы церковной проповеди — гомилии, или беседы. Слово «гомилия» обозначает, с одной стороны, простоту, общепонятность, с другой, полную искренность, задушевность речи проповедника.

В конце II — начале III века, вследствие образования канона книг Священного Писания, за церковным богослужением активизируется употребление священных текстов. Это обстоятельство имело прямое отношение к церковной проповеди, ибо в задачу пастыря входило объяснение библейского текста, прочитанного за богослужением. Так возникла разновидность проповеди — гомилия изъяснительная, которая дальнейшее развитие получила благодаря экзегетическим трудам Оригена. Им были установлены правила толкования Священного Писания в гомилии, согласно которым проповедник изъяснял прочитанный текст стих за стихом, слово за словом, исследуя каждую фразу с различных точек зрения: текст мог изъясняться филологически, исторически, этнографически и т.д. После подробного разбора указывался смысл нравоучительный, а затем аллегорический или таинственный. Ориген создал особый тип проповеди -экзегетическую гомилию. Следующей важной ступенью в развитии гомилии явились беседы святителя Иоанна Златоуста. Они составляют золотой фонд церковной проповеднической литературы. Экзегетическая беседа, благодаря словесному творчеству великого учителя, из отвлеченного и строго научного типа проповеди преобразовалась в пастырскую беседу о многоразличных сторонах христианской жизни. Появившись на Востоке, изъяснительная гомилия перешла на Запад, который внес свой вклад в развитие этой формы церковной проповеди. Здесь эта форма проповеди стала известна под наименованием «постилла», которое указывало на всецелую обусловленность проповеди библейским текстом.

Материалом для бесед могут служить тексты Священного Писания, чинопоследования церковного богослужения, церковные Таинства и обряды и многое другое. Беседа может иметь одну или несколько тем. Наиболее характерным признаком беседы является ее многотемность. Изъяснительный текст делится на части, и построение беседы осуществляется аналитическим путем: каждая часть имеет свою главную мысль, свою тему. Связь между темами беседы должна быть внутренняя, осуществляемая какой-либо общей идеей. Составными элементами беседы являются основная часть (изъяснение) и нравственное приложение, которое обычно состоит из практических советов и наставлений на ту или иную тему.

Беседы, посвященные последовательному разбору и разъяснению того или иного текста, именуются аналитико-экзегетическими. Катехизические беседы посвящаются изложению и разъяснению истин христианского вероучения. Для них характерна вопросно-ответная форма. Обычная беседа имеет характер простого собеседования об одном или нескольких предметах, но имеющих в основании одну какую-либо религиозно-нравственную идею. Речь проповедника в данном случае обусловлена только движениями его души, последовательностью возникающих мыслей.

Поучение. В III веке устанавливается новый тип церковной проповеди, который имеет органическую связь с апостольской проповедью и представляет новый этап в развитии форм церковного учительства. В отличие от экзегетической беседы, где изъясняется стих за стихом, новый тип проповеди строится на каком-либо одном стихе или отрывке библейского текста, дающих тему проповеди, или же посвящается какой-либо избранной проповедником теме. Согласно этому отличию, данный тип пастырского назидания можно определить как тематико-синтетическую проповедь или поучение. Характерной особенностью поучения как формы проповеди является наличие в нем какой-либо одной темы, вытекающей из разбора определенного текста Священного Писания, празднуемого священного события, жития воспоминаемого святого, или же определяемой проповедником произвольно. Избранная тема обычно раскрывается в логической последовательности, и проповедь имеет взаимосвязанное расположение мыслей. Этому способствует известная гомилетическая схема построения проповеди: вступление, основная часть, нравственное приложение, заключение. Характерной особенностью поучений является также образность, наглядность изложения материала. Язык поучений — живой, общепонятный, чуждый ораторской изысканности и научности.

Слово. Слово является самой совершенной формой церковной проповеди. Общеупотребительной эта форма стала в IV веке, но образцы слова встречаются в гомилетических памятниках и более раннего периода. Особенные внешние и внутренние условия жизни Церкви содействовали тому, что в IV веке эта форма стала обычным, общецерковным явлением. Именно в этот период наиболее употребительным становится слово. Словом называется такая форма церковной проповеди, в которой какая-либо тема исследуется и раскрывается с наибольшей полнотой и последовательностью. Внутреннее единство содержания, строгая логичность в развитии мыслей, художественность речи являются его отличительными признаками. Тематика слов обычно посвящается предметам религиозно-нравственного содержания, извлекаемым из Священного Писания, богослужебных текстов, церковного учения или идеи церковного праздника. Слово, как правило, предваряется заглавным стихом (эпиграфом). Достоинствами слова являются полнота раскрытия темы и внутреннее единство содержания. Последнее достигается органической связью всех составных частей слова — вступления, изложения, нравственного приложения и заключения, — проникнутых одной главной мыслью. Литературный стиль слова должен быть художественным и возвышенным, язык — богатым и содержательным. Слова чаще всего произносятся в высокоторжественные дни церковного года. Эта форма проповеди рассчитана на образованных слушателей.

Речь. Наряду с беседами, поучениями и словами с древних времен известны проповеди, называемые речами. Эти проповеди имеют особенное назначение и содержание. Начало этой формы восходит к похвальным речам и речам на освящение храмов III века, которые явились первыми вестниками наступления эпохи расцвета церковного красноречия. Исходным моментом при построении речи обычно являются какие-либо обстоятельства или случаи из церковной или общественной жизни: освящение вновь сооруженного храма, открытие церковного Поместного Собора, годовщина интронизации патриарха, вручение архиерейского жезла и т.д. Эта форма проповеди отличается строгой тематизацией и своеобразной схемой построения. Классически составленные речи имеют обращение, вступление, указание предмета речи, изложение, благопожелания и заключение. Содержание речи должно иметь непосредственное отношение к празднуемой дате или отмечаемому событию. Это содержание должно также соответствовать внутреннему настроению слушателей, их мыслям, чувствам и пожеланиям. В речах часто содержится приветствие, похвала, благопожелания одному лицу или целому собранию. В соответствии с этим речи бывают приветственные, благодарственные, поздравительные и т.д. Поучительный элемент (нравственное приложение) обычно отсутствует. Эту форму проповеди отличает внутренний динамизм и патетичность, красота и возвышенность слога.

 

Приготовление проповеди

Приготовление каждой отдельной проповеди начинается с выбора исходной точки для ее построения. Основой построения проповеди должны быть истины, содержащиеся в Евангельском или Апостольском чтении дня, празднуемом священном событии, житии святого, молитвословиях и пениях совершаемого Богослужения. Исходные точки служат основанием для определения темы проповеди.

Гомилетическая наука использует два исторически сложившихся способа развития мыслей в проповеди: синтетический (от греч. «соединение, составление») и аналитический (от греч. «расчленение, разбор»). Аналитический способ характерен для бесед, синтетический — для поучений и слов.

Современная гомилетика содержит учение об исторически сложившейся четырехчастной структуре проповеди. Четырехчастное построение создает логическую стройность речи проповедника. Вступление является введением в тему проповеди. Задачей вступления является психологический настрой слушателей. Проповедник должен установить контакт со слушателями, возбудить внимание, вызвать интерес к теме проповеди. Чаще всего вступление содержит прямое указание на тему проповеди. Размер вступления обычно определяется общей продолжительностью речи и находится в прямой связи с последующим изложением. Изложение (основная часть) — это самая значимая и пространная часть проповеди. Она содержит раскрытие темы проповеди на основании имеющегося материала. В изложении особенно актуально требование четкости логического построения: здесь одна мысль должна вытекать из другой, главные положения должны быть основанием для второстепенных. Наряду с композиционно-логической стороной большое значение имеет содержательная сторона процесса изложения. Основным источником содержания пастырской проповеди должно быть слово Божие и учение Церкви. Большую яркость, конкретность и эмоциональную насыщенность придают речи проповедника различные назидательные примеры из истории Церкви, из жизни святых. Нравственное приложение является наиболее важной в нравственно-назидательном смысле частью проповеди. Эта часть является тем элементом, который и формально, и по существу отличает церковную проповедь от любого вида ораторской речи. Само название этой части проповеди указывает на наличие в ней нравственных выводов, которые должны следовать из предшествующего изложения. Нравственное приложение, как правило, содержит конкретные наставления слушателям. Следующей особенностью нравственного приложения является обращенность его к определенной категории слушателей. Если в изложении раскрываются общие истины принципиального характера, то нравоучение должно содержать выводы, соответствующие духовно-нравственному состоянию именно данной аудитории слушателей. Вместе со вступлением заключение представляет своеобразное обрамление проповеди и несет определенную логико-психологическую нагрузку — служит завершением речи проповедника. Существенной принадлежностью заключения могут быть следующие элементы: 1) доксологический (славословие), 2) поучительный (напоминание о сказанном), 3) патетический (увещание к слушателям). По древней традиции проповедь заканчивается произношением слова «аминь» («истинно», «истинно так»). Этот обычай берет начало с первых веков христианства. В древности собрание верных на слова предстоятеля отвечало словом «аминь».

План проповеди. Части проповеди, о которых было сказано выше, являются структурной основой плана любой проповеди. План проповеди способствует образованию в уме проповедника четкого и ясного представления о ходе развития мыслей, цельного представления о раскрываемой теме. В плане взору проповедника ясно представляется каждая мысль, каждый довод, и поэтому их сила или слабость, правильность или ошибочность видны с полной отчетливостью. Поэтому построение плана всегда должно предшествовать полному изложению содержания проповеди.

Изложение церковной проповеди. Язык и стиль. Содержание церковной проповеди должно быть выражено такими речевыми средствами, которые бы удовлетворяли как требованиям литературной речи, так и достоинству и высоте пастырского слова. Поэтому в курс теории церковной проповеди входит рассмотрение вопроса о языке и стиле изложения церковного благовестия. Языком или лексикой принято называть совокупность средств выражения в словесном творчестве. Язык, речь человека имеют прямую связь с его мыслительной деятельностью и внутренним душевным миром. Отсюда, насколько богат и выразителен язык проповедника, настолько обширны его возможности в воздействии на умы и сердца слушателей. Первое требование к языку проповеди, требование общего характера, — это правильность речи. Соблюдение литературных норм и правил определяет культуру речи проповедника. Кроме этого язык проповеди должен иметь свои особенности и отличия. К этим особенностям следует отнести библеизм, который является характерной чертой изложения проповеди. Суть библеизма состоит в использовании проповедником слов, выражений и образов из Священного Писания. «Чтобы говорить языком религии, нужно говорить языком Библии», — писал Н.И. Барсов [16]. Кроме библеизмов, церковной проповеди должны быть свойственны специальные термины, соответствующие сущности тех предметов, о которых говорит проповедник, например: благодать, грехопадение, искупление и т.д. Следующей характерной особенностью языка церковной проповеди является благоговейность. Высота предметов проповеди, святость места требуют от проповедника строгого отбора слов и выражений.

Стиль церковной проповеди. В языкознании стилем называется совокупность приемов использования средств языка для выражения тех или иных мыслей, а также слог литературного произведения. По утверждению современных языковедов, стилистические особенности речи создаются в зависимости от области применения ее в общественной жизни. Соответствует этому положению и своеобразие стиля церковной проповеди: так же, как и язык, он имеет свои характерные особенности, соответствующие сфере церковной жизни и отличающие его от разговорного, делового, научного, художественного, публицистического стилей речи.

Изложение христианских истин в проповеди имеет свои особенности. Язык науки, богословская форма изложения менее всего отвечают духовным запросам слушателей. Такое изложение может быть пригодно только для подготовленной аудитории, но ни в коей мере не приемлемо для широкого круга слушателей. Проповедь должна быть не только чужда отвлеченности, но, напротив, отличаться конкретностью и изобразительностью. Как нельзя лучше решению этой задачи содействует принцип наглядного изложения. Этот принцип является характерным для библейской и святоотеческой проповеди, и носит печать божественного авторитета. Сам Господь Иисус Христос в Своих беседах с народом часто обращался к опыту повседневной человеческой жизни, брал образы и примеры из окружающей среды. Он говорил слушателям о званных на ужин (Лк. 14, 24), о закваске (Мф. 13, 33), о виноградной лозе (Ин. 15, 4), о полевых лилиях (Мф. 6, 28). Принцип наглядности предусматривает широкое применение в изложении проповеди сравнений, противопоставлений, примеров и описаний. Кроме этого, следует указать на стилистические средства изобразительности общего характера, к которым относятся эпитеты, тропы, фигуры.

При помощи лексических и стилистических средств изложения достигается яркость и образность речи. Ознакомление с подобными средствами необходимо для выработки личного, индивидуального стиля речи церковного проповедника. Работа над языком и стилем изложения является завершающим этапом в подготовке текста проповеди.

 

Способы сообщения проповеди

Согласно древней церковной традиции, различают два способа сообщения проповеди: чтение («прочитывание») и изустное произнесение («сказывание»). Решение вопроса о том, каким способом сообщать проповедь слушателям, зависит прежде всего от личных способностей, уровня образованности и проповеднической опытности самого пастыря.

Пастыри, начинающие свое проповедническое служение, могут читать проповедь. Однако чтение проповеди оправданно только тогда, когда проповедник не имеет возможности использовать более совершенный способ сообщения проповеди. К последнему относится изустное произношение, или «сказывание» проповеди. Этот способ разделяется на несколько видов: произнесение наизусть, импровизация и экспромт. Среди начинающих проповедников наиболее распространенным является способ сообщения проповеди наизусть. О нем упоминается как в самой древней гомилетике — «Христианской науке» блаженного Августина, так и в современных гомилетических пособиях. Этот способ наиболее пригоден при первых опытах проповеднической деятельности. Он способствует становлению пастыря-проповедника: свободному владению содержанием проповеди, выработке хорошей дикции и прокладывает путь к проповеднической импровизации. Импровизация (от лат. Improvisо — непредвиденно, внезапно) — это такая проповедь, которая накануне прорабатывается лишь в общих чертах, а в момент произнесения характеризуется живым и свободным изложением уже выношенных в душе проповедника мыслей и чувств. Этот способ был известен еще в эпоху святых отцов Церкви. В гомилетической литературе импровизированные проповеди принято называть живым словом. Живое слово ближе к своему первоисточнику — благовестию Христа Спасителя и апостолов, проповедь которых всегда была живой и безыскусственной. Импровизация требует от проповедника соответствующих способностей, образования и проповеднического опыта. Наиболее простой и доступный способ овладения импровизацией — это частая беседа с паствой, краткие, но по возможности частые наставления с амвона. Экспромт (от лат. Expromptus — готовый, скорый) — это мгновенно возникающая проповедь. Различные обстоятельства пастырской практики могут быть причиной использования этого способа сообщения проповеди. Экспромт является не обычным, а особым способом в проповеднической практике. Этот способ требует от пастыря больших знаний, пастырской и проповеднической опытности. Залогом успеха такого проповеднического выступления должна быть молитва и надежда на помощь Божию.

 

Произнесение проповеди

Произнесенное слово — носитель информации, настроения, мысли и чувства. Слова можно произносить по-разному. Кроме слов, большое значение для слушателей имеют также внешние действия говорящего. Проповедник, как и всякий человек, для передачи своих мыслей и чувств может использовать не только дар речи, но и жесты, мимику, движения тела и другие внешние приемы и средства. Наука о проповеди предлагает пастырям Церкви гомилетические правила относительно техники речи и поведения проповедника на амвоне.

В технике речи проповедника важными являются положения об управлении голосом. Пастырь должен уметь управлять силой своего голоса, интонацией и темпом речи. В соответствии с характером излагаемой мысли голос на одной ноте можно усиливать или ослаблять. Усиление голоса уместно, когда возрастает сила общей мысли. Если же в содержании речи наблюдается смягчение главного понятия, то голос проповедника должен ослабляться. Если есть возможность, произнесение проповеди, по мысли святителя Василия Великого, должно быть средним, чтобы «слово ни не слышно было по причине тихости, ни тягостно слуху ради сильного напряжения голоса». Большое значение для слушателей имеет интонация голоса проповедника. «Интонацией в голосе, — пишет преподобный Исидор Пелусиот, — можно по-разному произнести одно и то же слово или имя» [17]. При чтении проповеди интонация строится на основании имеющихся в тексте знаков препинания.

Размышления на определенную тему, описание какого-либо предмета или явления следует произносить ровно и спокойно. Места проповеди, отличающиеся особыми движениями мыслей и чувств, требуют обычно разнообразия тонов. Проповедник должен помнить, что монотонность речи ослабляет внимание слушателей и даже утомляет их. Необходимо следить также и за темпом речи. Опытные гомилеты в отношении темпа речи советуют держаться середины между медлительностью, близкой к распеву, и торопливостью, подобной беглому чтению. Рекомендации относительно темпа речи следующие. Проповедь должна протекать в более медленном темпе, чем речь разговорная. Оптимальный темп речи проповедника должен составлять около 70-80 слов в минуту. Кроме умения правильно управлять голосом, пастырю следует заботиться о правильном выговоре каждого звука, входящего в состав произносимых слов. Дикция, т.е. умение ясно и правильно произносить отдельные звуки и звукосочетания, из которых строится речь, является фактором, определяющим успешное произнесение проповеди.

 

Поведение проповедника на амвоне (мимика и жесты)

Благодаря внешним действиям осуществляется психологическая связь пастыря со слушателями. Мимика, взгляд, движение тела, жесты говорящего сообщают большую выразительность слову и в какой-то мере дополняют его. Все это совершается у проповедника само собой, но может, по словам протоиерея Н. Фаворова, «получить особое значение и достоинство, когда делается сообразно с требованиями образованного вкуса». Именно поэтому ораторское действие в древности называлось телесным красноречием [18]. Нельзя предписывать проповеднику, какими должны быть выражение его лица и глаз, движение тела и рук; подобные предписания приведут к искусственности действий проповедника, что на амвоне недопустимо. Весь его внешний облик, все действия и движения должны сообразоваться с внутренней силой духа, быть естественным отражением мыслей и чувств. Однако проповедник должен приучать себя к разумной умеренности и сдержанности на амвоне, знать границы естественных проявлений своих чувств. Общее правило для пастырей — избегать крайностей: нехорошо, когда внешность его безучастна к содержанию собственной речи, но еще хуже, когда на амвоне позволяется недопустимая вольность. В заключение следует сказать, что достоинство всех вспомогательных средств в произнесении проповеди, указанных выше, определяется прежде всего естественностью и благоговейностью.

 

Частная методология пастырской проповеди 

Виды проповеди по содержанию

В предыдущей части статьи мы рассматривали вопросы общей методологии пастырской проповеди, то есть те гомилетические правила, которые могут применяться при построении каждой отдельной проповеди. Кроме этих общих для каждой проповеди правил, гомилетическая наука содержит учение о видах церковной проповеди, в котором отражены особенности построения проповедей, определяемые их содержанием, пастырскими задачами, а также различными обстоятельствами церковной жизни, т.е. решаются вопросы частной методологии пастырской проповеди. Наиболее важным с теоретической и практической точек зрения является вопрос о содержании церковной проповеди. По содержанию проповеди делятся на следующие виды: экзегетические, катехизические, догматические, нравоучительные, апологетические и миссионерские.

Экзегетическая проповедь. Изъяснение Священного Писания должно составлять главный предмет церковной проповеди. Это требование вытекает как из самого существа, так и из формальной стороны церковного учительства. Уже во II веке, когда библейские чтения сделались составной частью богослужения, проповедник должен был изъяснять слушающим слово Божие. С течением времени церковно-богослужебное употребление текстов Священного Писания еще более усилилось: в течение года за богослужениями стал прочитываться почти весь Новый Завет и весьма многое из Ветхого Завета. Изъяснение Священного Писания требует от проповедника больших и глубоких знаний. В настоящее время основным материалом для экзегетических проповедей должны быть Апостольские и Евангельские зачала. Можно изъяснять все зачало или отдельные его стихи — в любом случае польза для слушателей от этого будет огромной. Такие проповеди способствуют правильному пониманию Священного Писания, формированию религиозного мировоззрения и воспитанию христианской нравственности у слушателей. Главная задача, стоящая перед проповедником-экзегетом, — в назидании, извлечении нравственных уроков для слушателя. При этом следует руководствоваться 19-м правилом VI Вселенского собора: «Если будет исследуемо слово Писания, то не иначе да изъясняют оное, разве как изложили светила и учители Церкви в своих писаниях». Экзегетические проповеди могут быть в форме бесед, поучений и слов. Наиболее употребителен этот вид проповеди за воскресным богослужением и во время внебогослужебных бесед.

Катехизическая проповедь. Катехизической называется такая проповедь, в которой слушателям преподаются начала религиозной жизни, элементарные уроки христианской веры и нравственности. Катехизические проповеди берут начало в глубокой древности. Известны они под названием катехумената, т.е. «обычая первую половину Литургии, на которой присутствовали и оглашенные, посвящать главным образом поучению, приспособленному по содержанию и уровню понимания оглашенных и их потребности в качестве готовящихся сделаться верными» [19]. Существование катехумената получило начало в III веке. Источниками христианской катехизации являются Никео-Цареградский Символ веры, Десятословие, Евангельские заповеди блаженств, молитва «Отче наш», чин общественного богослужения, средоточием которого является Божественная Литургия. Проповедник-катехизатор должен строить свои поучения по определенной системе, переходя от одного предмета к другому. Это первая особенность катехизической проповеди. Вторая особенность этого вида заключается в общедоступности, ясности и возможной наглядности изложения. Проповеднику при этом не следует вдаваться в подробности богословского и исторического характера, но по возможности кратко и ясно излагать сущность предмета или явления. Современные события в жизни Церкви настоятельно требуют возрождения традиций древней катехизации: в 90-х годах прошедшего столетия Церковь стала пополняться большим количеством своих членов, принимавших крещение во взрослом возрасте. Большая часть этих членов Церкви имеет весьма слабую церковную подготовку. В связи с этим проповеднику-катехизатору можно рекомендовать для его учительной деятельности следующие предметы: учение догматическое, содержащееся в Символе веры, молитва «Отче наш», нравственный закон Евангелия, Священная история, церковные Таинства и Богослужения. Наиболее удобная форма этого вида проповеди — катехизическая беседа с использованием вопросно-ответного метода изложения.

Догматическая проповедь. Знание христианского учения и вера в истинность догматов являются основой мировоззрения, религиозной жизни и практической деятельности каждого члена Церкви. Отсюда вытекает обязанность пастырей научать пасомых вероучительным истинам. По мнению блаженного Августина, в области церковного учительства это — задача первостепенной важности. «Если народ еще не сведущ в истинах веры, — говорит он, — то надобно прежде учить его» [20]. Ибо невежество пасомых относительно догматов веры может быть причиной различных предрассудков, суеверий и даже церковных нестроений — ересей и расколов. В гомилетике проповеди, содержащие вероучительные истины, принято называть догматическими. Этот вид церковного учительства берет начало с IV века и был наиболее употребителен в эпоху Вселенских Соборов.

Центральное место в догматической проповеди должны занимать истины, связанные с личностью и искупительным подвигом воплотившегося Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа. У подножия Креста Христова сосредоточена вся полнота христианского вероучения. Поэтому пастырь-проповедник, руководствуясь примером святого апостола Павла, должен стремиться сообщать слушателям всю волю Божию (Деян. 20, 27). Это требует от проповедника особенной опытности. «Мне кажется весьма трудным делом, — пишет святитель Григорий Богослов, — излагать с должным умением всю икономию наших истин догматических, т.е. преподавать все то, что наша святая философия содержит о мире, или о мирах, о материи, о душе, о уме и умных существах как добрых, так и злых, о Провидении, всеобъемлющем и всеуправляющем… о первобытном нашем состоянии и последнем воссоздании, о преобразованиях, о истине и заветах, о первом и втором пришествии Христа, о воплощении, страданиях и смерти, о воскресении, о кончине мира, о суде, о воздаянии как горестном, так и славном, — а что всего важнее, что главное, — о живоначальной, царственной и блаженной Троице» [21]. Кроме главных догматов, содержащихся в Символе веры, слушателям полезно изъяснять частные догматы, которых нет в самом Символе, а только выводятся из истин, содержащихся в нем. К ним относятся догматы о призывании святых в молитве, о почитании икон и святых мощей, о крестном знамении, о поминовении усопших, о посте. Гомилетика предполагает следующие положения относительно раскрытия вероучительных истин:

  1. Догматические истины должны излагаться в строгом соответствии с учением Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Высшим авторитетом в обосновании догматических истин является Священное Писание.
  2. Большая часть догматов в своем существе непостижима для человеческого разума и должна восприниматься верой. «Не будем испытывать своим умом тайн Божественных, — поучает святитель Иоанн Златоуст, — не станем подводить их под порядок обыкновенных у нас вещей и подчинять законам естества; но будем разуметь все благочестиво, веруя тому, что сказано в Писаниях… Ничто не производит столько мрака, сколько ум человеческий, рассуждающий обо всем по-земному и не принимающий озарения свыше» [22]. Однако там, где есть возможность, вера всегда должна соединяться с рассудочным познанием, определяемым возможностями человеческого разума.
  3. При изложении догматических истин проповедник может входить в умеренную полемику с заблуждающимися.
  4. Выбор догмата для раскрытия в проповеди должен определяться как внутренними факторами — религиозными запросами паствы, так и внешними — наличием религиозных лжеучений в той среде, среди которой проживают члены данной паствы (секты, расколы). При выборе предмета поучения следует помнить наставление святителя Григория Двоеслова, который учил, что нельзя вдаваться в предметы возвышенные, если слушатели к этому не подготовлены.
  5. При наличии соответствующих условий приходской жизни пастырь-проповедник может изъяснять догматические истины в систематическом порядке.
  6. Догматы веры должны быть изъясняемы в такой форме, в которой они наиболее легко могут быть усвоены слушателями. Наглядность, образность и жизненность — вот те характерные черты, которые должны быть присущи изложению догматического учения в пастырской проповеди.
  7. При раскрытии вероучительных истин преимущественное внимание следует уделить практическому значению того или иного догмата. Так, при изъяснении учения о том, что Бог есть Дух, следует указывать на необходимость для христианина духовного образа жизни, говорить о поклонении Богу духом и истиной, т.е. не только внешним образом, но и мысленно, чистосердечно, на всяком месте и во всякое время.
  8. Если требуется не только изложить догмат, но и доказать его истинность, то лучше всего указывать на непререкаемую древность и непрерывное преемство его из века в век.

В заключение этих кратких правил следует сказать, что догматические проповеди наиболее употребительны в дни Господских праздников, идейное содержание которых имеет догматический характер.

Нравоучительная проповедь. Нравственность является одной из форм общественного сознания. Вопросы нравственности являются предметом исследования как богословских, так и светских наук. В богословии эту область представляют нравственное богословие и соответствующий отдел Гомилетики, в светских науках — нравственная философия или этика. Несмотря на единство предмета, богословские науки и этика имеют глубокое различие в своем содержании и исходят из различных начал. Об особенностях нравственного учительства Церкви должен иметь ясное представление каждый пастырь-проповедник.

Первой особенностью нравственного учительства Церкви является высочайшая авторитетность и истинность ее источников. К этим источникам относятся Божественное Откровение и учение самой Церкви, основанное на многовековом религиозно-нравственном опыте ее членов. Основанные на этих источниках нравственные законы и предписания непогрешимы и являются обязательными для каждого члена Церкви. Второй замечательной особенностью христианского нравоучения является тот факт, что это учение имеет идеальный образец и пример нравственной жизни в Лице Своего Законодателя Господа Иисуса Христа. Особенность христианской нравственности заключается также и в том, что она имеет не только истинный закон и идеальный пример, но и благодатную помощь для исполнения этого закона и подражания Идеалу. Это третья особенность христианской нравственности.

Совсем другие характерные черты присущи нравственной философии. Основными ее источниками являются наблюдения, рассуждения и умозаключения различных философов и ученых, то есть знания, приобретенные силами ограниченного человеческого ума. Поэтому истины нравственной философии имеют не абсолютный, а относительный характер, а ее нравственные нормы и правила — условное значение. Для нравственной философии, несмотря на все усилия человеческой мысли, навсегда остался неразрешенным вопрос о цели и смысле нравственной жизни человека, ибо решение подобных вопросов вне досягаемости безрелигиозного сознания. Не знает этика и истины нравственного идеала — ни один философ-моралист, ни одна нравственно-философская система не имеет идеального примера для нравственного подражания. В христианстве же в Лице Иисуса Христа не только дан идеальный нравственный пример для подражания, но и показано осуществление этого идеала в жизни бесчисленного сонма святых. Ничего не знают этические учения и о благодатной сверхъестественной помощи. Любое нравственное учение без религии, причем религии Богооткровенной, какой является христианство, несостоятельно и полно противоречий. При отсутствии высшей цели бытия, какой есть Бог и вечная жизнь, нравственность теряет свою онтологическую основу, а с этой потерей делается зыбким и все общественное благоустроение. «Отрицание веры и обязательного божественного нравственного закона, — пишет один из публицистов начала XX века, — в конце концов, делает тщетною и науку, и культуру, и цивилизацию в смысле общественного благоустроения и приводит всякое общество, как бы оно по видимому цивилизованно ни было, к разврату, одичанию и гибели».

Особенное значение имеет нравственность в жизни Церкви: осуществление христианских идеалов в жизни каждого верующего приобретает первостепенное значение. Слова Спасителя: «Не всякий говорящий Мне: «Господи! Господи!» — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7, 21), говорят о том, что христианская нравственность является одним из условий спасения человека, залогом его вечной жизни в Царствии Отца Небесного. Отсюда задачей пастыря является раскрытие и разъяснение в проповеди правил и норм христианской жизни и деятельности. Эта задача осуществляется посредством особого вида церковного учительства — нравоучительной проповеди.

Первыми проповедниками-моралистами были святые отцы Церкви. По мнению Н. И. Барсова, аскетическая мораль святых отцов была первоначальным зародышем того нравственного перерождения, которое Церковь произвела в мире. На основании анализа святоотеческих поучений нравственного характера можно сделать заключение о главных предметах пастырских нравоучений: а) учение о борьбе с грехом (характер жизни и деятельность человека, ставшего на борьбу с пороками и греховными наклонностями); б) учение о христианском совершенствовании (характер жизни и действий обновленного человека, ставшего на путь стяжания христианских добродетелей). О предметах нравоучительной проповеди блаженный Августин говорит так: «Христианский учитель… обязан, с одной стороны, учить добру, с другой, отучать от худого, обязан в своих поучениях примирять противных, возбуждать слабых, внушать невеждам, что они должны делать и на что надеяться».

Церковные нравоучения требуют от пастыря особенного внимания при выборе темы проповеди. Следует избирать такие темы, которые могли бы заинтересовать слушателя или же имели прямое отношение к их религиозно-нравственной жизни.

Апологетическая проповедь. Обоснование апологического вида проповеди зиждется на той истине, что каждый член Церкви должен не только хорошо знать и понимать христианское учение, но и уметь защищать его от нападок всякого рода лжетолкователей, должен всегда быть готовым дать ответ всякому вопрошающему о своем уповании (1 Петр. 3, 15). В наибольшей мере эта обязанность относится к пастырю-проповеднику. Задачей апологетической проповеди является всестороннее обоснование истинности христианского учения и защита его от нападок и несправедливой критики.

Высочайшим примером для проповедника-апологета является Господь наш Иисус Христос. Утверждая истину, Небесный Учитель не оставлял без обличения существовавшие в Его времена религиозные заблуждения. Доказательством этого служит беседа Его с саддукеями об истине воскресения мертвых. «Заблуждаетесь, — говорил им Спаситель, — не зная Писаний, ни силы Божией» (Мф. 22, 29). К наиболее выдающимся представителям этого направления в проповеди надо отнести святителя Григория Нисского, блаженного Феодорита Кирского, святителя Иоанна Златоуста.

Как никогда актуальна апологетическая тематика в проповеди в наше время. Основной причиной этого является та бездуховность и непросвещенность наших соотечественников, которая является следствием антирелигизной пропаганды, гонений и притеснений за православную веру. Воспитанные в течение десятилетий в духе вражды к Церкви и христианству многие представители нового поколения живут в условиях духовного вакуума. После недавнего засилья атеизма этот духовный вакуум в настоящее время усиленно пытаются заполнить — с помощью средств массовой информации и сборищ на стадионах — всякого рода сектантские проповедники и наставники восточных религий. Вот почему нашим соотечественникам особенно сегодня необходима действенная духовная помощь Православной Церкви, способная оградить их от влияния навязчивых лжеучителей и указать путь к истине и спасению.

Церковному проповеднику в настоящее время приходится выступать перед представителями широких слоев общественности. Поэтому он прежде всего должен иметь правильное представление о духовном состоянии, образованности и образе мыслей своих слушателей, знать особенности духовной атмосферы современного общества. Можно условно выделить несколько типов слушателей и совопросников, с которыми чаще всего приходится иметь дело проповеднику-апологету:

— имеющие неглубокую веру, нуждающиеся в доказательствах, в рассудочном обосновании христианских истин;

— ищущие истину, стремящиеся к ней;

— рационалисты, уверенные в неограниченных возможностях человеческого разума;

— люди среднего интеллектуального уровня, подпавшие под влияние лжеучений;

— люди с развращенным сердцем, не вмещающие слова истины.

Следует заметить, что, общаясь с подобными людьми, мы нередко думаем, что наши собеседники весьма осведомлены в религиозных вопросах и вполне сознательно противятся истине. На самом деле это далеко не так. Большинство современных образованных людей не имеет элементарных религиозных знаний. Поэтому в апологетической проповеди необходимо прежде всего излагать и разъяснять основные истины христианства, искореняя ложные о них представления. Рассмотрим тематику и общие положения основной группы вопросов, которые могут иметь место в современной апологетической проповеди.

Первый вопрос — о Лице Господа Иисуса Христа. Сила христианства — в Божественной Личности его Основателя. Христос — самая выдающаяся, замечательная и могучая Личность в истории человечества. Факты совершенных Им чудес, Его смерть, Воскресение и Вознесение на небо указывают, что Он не только человек, но и истинный Бог. На протяжении тысячелетий Божественный лик Спасителя покоряет и привлекает к Себе сердца миллионов людей. И малограмотная старушка, и высокообразованный ученый в глубине своей души носят свидетельство истинности своей веры, Божественность ее спасительных истоков. Однако это внутреннее свидетельство не исключает необходимости свидетельств исторических, внешних, утверждающих истинность христианства перед лицом всего мира. В этом случае лучшими доказательствами становятся нехристианские свидетельства о Христе.

 

В сочинениях иудейского историка Иосифа Флавия, римских писателей Светония, Плиния Младшего и Тацита мы находим первые по времени нехристианские свидетельства о Христе и Его последователях. Эти авторы жили в I — начале II века, были современниками нарождавшегося христианства. Иудейский историк Иосиф Флавий (37-100 гг. н. э.) в своих «Иудейских древностях» три раза говорит о событиях и лицах из Евангельской истории. Он упоминает о Иоанне Крестителе, называет его «добродетельным мужем», к которому стекался народ, в другом месте касается смерти Иакова, брата Господня, и, наконец, сообщает о Самом Христе. В дошедшей до нас редакции книги Иосифа Флавия «Иудейские древности» о Спасителе пишется так: «В это время жил Иисус, человек мудрый, если Его вообще можно назвать человеком. Он совершал чудесные дела и был учителем людей, жадно воспринимающих истину. Он привлек к себе многих иудеев и многих эллинов. Он был Мессией. И когда Пилат по обвинению наших первенствующих лиц приговорил Его к распятию, те, кто с самого начала возлюбили Его, остались Ему верны. На третий день Он явился им снова живой, как о том и о многих других чудесных Его деяниях предвозвестили боговдохновенные пророки. И род христиан, получивших от Него свое имя, существует и по сей день». Замечательным апологетическим свидетельством является сама история распространения в мире веры Христовой, которая являет характер необычайности и чудесности. Появившись в небольшой римской провинции Иудее, христианство в непродолжительное время покорило огромную Римскую империю, а затем, выйдя за ее пределы, стало мировой религией. Чудесность распространения христианства заключается в том, что дело это, по словам святителя Иоанна Златоуста, совершили 12 беззащитных простолюдинов, которых гнали, бичевали, заключали в темницы. Однако апостолы Христовы победили мир. И победа эта далась не силой человеческой, а Божественной силой Духа.

В пользу Божественного происхождения христианства говорит не только чудесность его распространения в мире, но и высота, надмирность его догматического и нравственного учения. Это учение не могло быть изобретением человеческим хотя бы потому, что «много превышает наше естество». Чего некогда языческие мудрецы не могли и во сне представить, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — о том апостолы проповедовали с великой уверенностью и убедительностью. «Оставив земное, — говорит Святитель, — они говорят только о небесном, предлагают нам другую жизнь, иное богатство и иную бедность, иную свободу и иное рабство, иную жизнь и смерть, иной устав жизни — все иное».

Большую актуальность в наше время имеют вопросы естественнонаучной апологетики. Христианство учит, что весь видимый мир создан Богом. Этот мир своей целесообразностью, разумным устройством в себе самом содержит свидетельство о высочайшем Разуме, устроившем все. «Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы», — говорит Апостол (Рим. 1, 20). Премудрость мирового устройства в полной мере открывается при занятиях естественными науками, ибо во всем, начиная с устройства атома и кончая всем мирозданием, видны разумность, строгий порядок и гармония, свидетельствующие о Творце. Именно поэтому такие выдающиеся личности, как Кеплер, Лейбниц, Ломоносов, Менделеев, Циолковский, Планк, Павлов, Филатов были не только великими учеными, но и глубоко религиозными людьми. «Куда ни кинь взгляд, — пишет основоположник квантовой физики Макс Планк, — мы никогда не встретим противоречия между религией и естествознанием, а, напротив, обнаруживаем полное согласие как раз в решающих моментах. Религия и естествознание не исключают друг друга, как кое-кто ныне думает или опасается, а дополняют и обуславливают друг друга».

В настоящее время высказывается мысль, что наша планета наделена чудесной способностью контролировать химический состав атмосферы и сохранять температуру, когда внешние условия изменяются. То есть речь идет об общепланетарной регуляции физических условий на Земле, осуществляемой биосферой. «Планетарный же контроль должен требовать существования некоей гигантской «няньки», которая «присматривала» бы за Землей с тех пор, как возникла жизнь».

Подобные наблюдения привели ученых к установлению антропного принципа, действующего в природе. Суть этого принципа в том, что «наблюдаемое значение всех физических и космологических величин не случайно, но продиктовано требованием обеспечить существование областей, где могла бы возникнуть жизнь». Антропный принцип, лежащий в основе природных явлений, является лучшим доказательством наличия в мире высшего разумного законодательства, без которого нельзя правильно объяснить природные явления с действующей в них целесообразностью. В настоящее время познание тайн окружающего мира приобретает не только научное, но мировоззренческое значение. Даже индифферентно настроенные по отношению к религии ученые считают, «что за покровом наличного бытия Вселенной, за ее организацией должен скрываться некий Разум».

Миссионерская проповедь. Миссионерское проповедничество является продолжением апостольского служения в Церкви Христовой. Уже в апостольское время сообщение людям Евангельского учения разделялось на два вида. Первый вид состоял в кратком предварительном сообщении слушателям неведомого для них — учения Христа Спасителя, устрояющего в мире Царство Божие, второй — в подробном изложении и объяснении этого учения для принявших веру Христову. Богословский анализ евангельского текста: «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам» (Мф. 28, 19-20), — указывает на неразрывную связь этих двух видов Евангельской проповеди. Миссионерская проповедь, возвещающая о Христе, должна предшествовать проповеди внутрицерковной, способствующей духовно-нравственному совершенствованию тех, кто уверовал во Христа. Заповедь Спасителя о благовестии указывает также на то, что миссионерская проповедь должна продолжаться в мире до самой его кончины, которая последует после того, как Евангелие будет проповедано всем народам (Мф. 24, 14; Мк. 13, 10). История Церкви своими фактами подтверждает незыблемость этих обетовании Христовых.

На исходе XX века в нашей стране вновь с особой остротой встала проблема православной миссии. После десятилетий вынужденной изоляции Русская Православная Церковь вынуждена осуществлять свою деятельность в особых условиях. Первой особенностью нашего времени является всесторонняя секуляризация и бездуховность современного общества, разрушение религиозных устоев общественной жизни — трагические последствия многолетнего господства атеизма. Второй особенностью является засилье в нашей стране псевдохристианских сект, язычества и оккультизма, извращающих правильное представление о Едином и Истинном Боге и о человеке как творении Божием, призванном исполнять волю Его. В связи с создавшимся положением Архиерейский собор Русской Православной Церкви, состоявшийся 29 ноября — 4 декабря 1994 года в Свято-Даниловском монастыре г. Москвы, принял постановления, направленные на возобновление деятельности православной миссии в нашей стране. В Послании Архиерейского Собора, обращенном к пастырям, инокам и всем чадам Русской Православной Церкви, в частности, говорится: «Обществу как никогда необходим спокойный, чистый голос Православия. Этот голос призван нести свет Евангельского благовестия в каждый дом, в каждую душу, в каждое сердце. Это должен быть голос православной миссии, исполняющей завет Господа нашего Иисуса Христа: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19).

На необходимость миссионерской деятельности пастырей Церкви указывают также и данные современной статистики. Согласно данным Всероссийского Центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Русская Православная Церковь является наиболее уважаемым институтом в обществе. Пятьдесят один процент опрошенных относят себя к православным, но только восемь процентов из них посещают церковь хотя бы раз в месяц.

В зависимости от того, к кому обращена проповедь, различают внутреннюю и внешнюю миссию. Внутренняя миссия включает миссионерскую проповедь внутри формальных границ Церкви — среди тех, кто крещен, но еще не наставлен, а также среди раскольников и сектантов. Проповедь Христовой истины в далеких краях среди нехристианских народов носит название внешней миссии.

Внутренняя миссия. Пастырю-миссионеру необходимо систематически заниматься изучением Священного Писания, ибо сектанты все свои доводы пытаются обосновать только на библейских текстах. Кроме этого, он должен знать особенности вероучения тех сект, которые имеют распространение в местности данного прихода. Следующие по значимости являются вопросы, связанные с историей сект, которые в отличие от Церкви не имеют непрерывного исторического бытия. С этими вопросами непрерывно связано учение о священной иерархии, Таинствах и Богослужении, которые немыслимы вне Соборной и Апостольской Церкви. Особенную ценность для пастыря-миссионера имеют свидетельства тех, кто, будучи рожден в иноверии, стал впоследствии православным. Приведем несколько выдержек из открытого письма бывшего баптиста, американца, ставшего православным. Первый наболевший вопрос у сектантов — вопрос о единой Истине. «Особенно трудно мне было понять, — пишет обращенный, — как при наличии единого Бога и единой Истины могло возникнуть такое количество протестантских сект». Следующее сомнение возникает у сектантов в связи с произвольным толкованием Священного Писания: «Я стал постепенно замечать, что протестантизм неправильно трактует Библию, так как в нем нет последовательности и внутренней логики. И это потому, что протестанты не обладают богатой сокровищницей Священного Предания, — самым надежным путеводителем и ключом к пониманию слова Божия».

Согласно учению святителя Иоанна Златоуста, беседы с заблуждающимися по вопросам веры должны проводить только сильные в вере, которые не могут получить вреда от общения с ними. «А кто более слаб, — наставляет Святитель, — тот пусть избегает их сообщества, пусть удаляется от разговоров с ними, чтобы дружественное отношение не послужило поводом к нечестию».

Внешняя миссия. Обращение ко Христу Спасителю каждого человека, целых народов происходит по особенному водительству Божественной благодати. «Никто не может придти ко Мне, если не привлечет его Отец, пославший Меня», — говорит Господь (Ин. 6, 44).

Лица, посылаемые на проповедь о Христе, должны иметь пастырскую опытность, соответствующие знания и специальную подготовку. Первым условием проповеди среди нехристианских народов является знание их языка. Апостолы, прежде чем выйти на всемирную проповедь, получили дар говорить на иных языках (Деян. 2, 4). Поэтому священник, посылаемый на проповедь среди иноверцев, должен изучить их живой разговорный язык. На первых порах миссионер может пользоваться услугами благочестивого переводчика-христианина. Кроме языка, миссионер должен хорошо знать религию, культуру, быт и нравы того народа, среди которого он готовится проповедовать слово Божие. Примером этого может служить миссионерский подвиг святителя Николая Японского, который хорошо изучил не только язык, но и литературу, историю, философию и религию японцев. В свое время японская печать отмечала, что архиепископ Николай знал Японию лучше самих японцев. Для успешного сеяния слова Божия среди иноверцев проповеднику необходима и внутренняя подготовка — «Без Меня не можете делать ничего», — говорит Спаситель (Ин. 15, 5). Нельзя иметь надежду на успех и в миссионерской проповеди без особенной помощи Божией. Помощь эта подается посредством молитвы. Благодать молитвы возвышает и укрепляет дух пастыря-миссионера, располагает сердца слушающих к принятию слова Божия. Святитель Иннокентий, митрополит Московский, считал молитву важнейшим средством миссионерской деятельности. «В деле обращения она есть самое средство, и средство действительнейшее, — писал он. — Без молитвы нельзя ожидать успеха при самых благоприятнейших обстоятельствах. … А поэтому всегда, и особенно пред всякою беседою с неведущими, которых желаешь просветить словами истины, обращайся к Богу с теплою молитвою».

Проповедник-миссионер должен иметь любовь как к своему делу, так и к тем, кому проповедует. «Если проповедник не будет иметь в себе любви… то и самое лучшее и красноречивейшее изложение учения может остаться без всякой пользы, ибо только любовь созидает; а потому старайся иметь в себе дух святой любви». Этот дух любви дает особенную силу словам проповедника и располагает к нему сердца слушателей.

Изложим кратко план и содержание миссионерской проповеди. Каждому пастырю в беседах с людьми, далекими от религии и Церкви, нередко приходилось слышать признание в вере в некоторую внешнюю силу. Этот факт свидетельствует о наличии в душе человека религиозного чувства, которое служит основанием, первоначальным источником естественного богопознания. О существовании этого вида богопознания ясно говорит Слово Божие: «Ибо, что можно знать о Боге, явно для них (язычников— е. Ф.), потому что Бог явил им. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творения видимы, так что они безответны» (Рим. 1, 19-20). Из этих слов Священного Писания можно сделать вывод о том, какое значение имеет естественное Откровение в деле обращения человека к истинному Богу. Именно с предметов естественного Откровения и следует начинать свою проповедь миссионеру Церкви Христовой. «От бытия и благоустройства видимых вещей, — учит святитель Иннокентий Московский, — надо показать бытие, всемогущество, силу и славу Творца вселенной. Его благость, всеведение и прочее. Вместе с сим кратко рассказать историю сотворения первого человека и происхождение от него всех людей и народов, которые в этом отношении есть живые памятники и видимые доказательства творческого всемогущества и премудрости». Придя к согласию со слушателями в вопросах естественного откровения и изложив учение о Боге Творце и Промыслителе, миссионер план своего дальнейшего выступления может построить по примеру речи святого апостола Павла в Ареопаге (Деян.  17, 22-31). В этой речи после учения о Боге говорится о покаянии, о будущем суде, который совершит воскресший из мертвых Спаситель мира. Особое внимание следует уделять изъяснению нравственного закона, который изложен в Библии, а также запечатлен в сердцах человеческих как закон совести. Цель всей речи проповедника — привести слушающих в чувство раскаяния и сокрушения. Это состояние, по учению святителя Иннокентия, «есть возделанная земля для насаждения семени христианства». В этом случае слова миссионера падают в глубину сердца человеческого и при последующем содействии благодати могут принести обильный плод.

В случае успеха проповеди тем, которые изъявят желание стать последователями Христовыми, следует сообщить условия их принятия в Церковь: они должны отречься от своей прежней веры, оставить обычаи, противные христианству и принять таинство Крещения. Особенное внимание обращенных следует обратить на то, что после Крещения они должны жить согласно заповедям Христовым. По мнению опытных миссионеров, сподоблять таинство Крещения инородцев можно только в том случае, когда они будут научены христианской вере и когда сами изъявят желание креститься.

Православие — это не только правое учение, но, как учит святитель Феофан Затворник, единственное строительство спасения, пересозидающее каждого человека и целые народы. Таким образом, через все проповеди благовестника Церкви красной нитью должна проходить мысль о Православии как единственном хранилище Божественной истины и апостольской веры, которому вверено все необходимое для жизни и благочестия (2 Петр. 1, 3).

 

Библиография.

  1. Чепик М. Опыт полного курса Гомилетики. — М., 1893. С. 5.
  2. Булгаков Г. Теория православно-христианской пастырской проповеди. — Курск, 1916. С.55.
  3. Барсов Н.И. К характеристике церковно-приходской проповеди в Санкт-Петербурге. Из сборника статей «Исторические, полемические и критические опыты». — СПб., 1879. С.239.
  4. Барсов Н.И. Несколько исследований исторических. — СПб., 1899. С.14.
  5. Амфитеатров Я.К. Чтение о церковной словесности или Гомилетике. Киев, 1846. С.30.
  6. Певницкий В.Ф. Церковное красноречие и его основные законы. Киев, изд. 2-е, 1908, с.10.
  7. Ветелев А., иерей. Гомилетика. Курс академических лекций по теории и практике церковно-православного проповедничества. Москва — Сергиев Посад (Загорск). 1949. С.13. На правах рукописи.
  8. Происходит от латинского слова ethica, которое обозначает учение о нравственности.
  9. От лат. pietas—благочестие.
  10. Барсов Н.И. История первобытной христианской проповеди. СПб., 1885. С.45.
  11. Письма. 2, 268, 217 (Первая цифра обозначает часть собрания писем, вторая — номер письма, третья — страницу).
  12. Разумихин А.Н. История русской проповеди. М.,1904. С.123.
  13. Барсов Н.И. Лекции… 1888/9 уч. год. С. 265.
  14. Барсов Н.И. Лекции… 1888/9 уч. год. С. 309.
  15. Письма. 2, 391, 316.
  16. Фаворов Н., протоиерей. Руководство… С.161.
  17. Барсов Н.И. История… С.214.
  18. Блаженный Августин. «Христианская наука». Киев, 1835. С. 282.
  19. Амфитеатров Я. Чтения о церковной словесности или Гомилетика. Киев, 1846. С. 65-66.
  20. Святитель Иоанн Златоуст. Творения. Т.8. СПб., 1902. С. 160.

Оставить комментарий